Условия и организация труда в промышленности и строительстве

Перед экономикой Карелии, как и всей страны, стояла задача перехода на интен­сивный путь развития, широкого использования достижений научно-технической революции, создания более современной структуры промышленного производства за счет развития передовых наукоемких отраслей. Требовался переход от старых поко­лений техники, исчерпавших свои возможности, к новым, то есть по сути предстояла технологическая революция, которая началась в мире еще в конце 1950-х- начале 1960-х гг.

На предприятиях республики стала появляться электронно-вычислительная тех­ника. Ряд бумагоделательных машин Кондопожского и Сегежского ЦБК к 1979 г. оснащается автоматическими системами управления на основе ЭВМ производства США. На машиностроительных же предприятиях электронная техника внедрялась с трудом. Так, на ОТЗ первая ЭВМ была получена в 1973 г., и лишь в 1979–1980 гг. здесь стала действовать первая очередь АСУ⁴⁸. Одним из направлений технического прогресса в промышленности являлось внедрение механизированных и автоматизи­рованных линий, однако его темпы, также как и освоение новых технологий, были крайне замедленны. В 1979 г. на промышленных предприятиях республики насчиты­валось 593 механизированных и 38 автоматизированных линий, но при этом большая часть их была введена в первой половине десятилетия.

Внедрение достижений науки и техники в производство тормозил существовавший в стране механизм хозяйствования. Трудовые коллективы не проявляли заин­тересованности в освоении новой техники, так как это отрицательно сказывалось на результатах работы предприятий и каждого труженика в отдельности. К середине 1980-х гг. в Карелии были автоматизированы или комплексно механизированы толь­ко 9 предприятий, причем 7 — до начала 1970-х гг. По этому показателю Карелия значительно отставала от среднего уровня по стране. Незначительная специализация и кооперирование сделали невозможным достижение комплексной автоматизации и механизации производства. В свою очередь, связанное с этим медленное внедрение новой техники и технологий влияло на замедление развития промышленности Ка­рельской АССР.

Административно-командная система управления экономикой привела к тому, что предприятия десятилетиями отчисляли в государственный бюджет, министерствам и ведомствам основную (до 80%) часть прибыли, других доходов. На развитие произ­водства средств по существу не оставалось. В результате в промышленности износ основных фондов увеличился к 1980 г. до 36% и продолжал расти⁴⁹.

Руководство страны видело один из способов повышения эффективности произ­водства в активизации трудовой деятельности рабочих через вовлечение их в управ­ление производством. Особое место, как и прежде, отводилось социалистическому соревнованию. По отчетам профсоюзов численность участников соревнования вплоть до конца 1980-х гг. неуклонно росла. Вместе с тем в его организации все больше обна­руживался формализм, показуха, обязательства и планы зачастую не выполнялись. К началу 1980-х гг. соревнование, искусственно поддерживавшееся государством и фак­тически подчиненными ему профсоюзами, было полностью дискредитировано в гла­зах трудящихся и утратило экономический смысл. Руководство профсоюзов призна­ло это лишь на XIX съезде в 1990 г.

При мизерной оплате труда к рабочей дисциплине предъявлялись соответственно низкие требования. Опоздания, продолжительные чаепития, походы по магазинам в рабочее время (в поисках необходимых продуктов) стали нормой. Руководство не­редко закрывало глаза даже на прогулы. По данным специальной проверки, прове­денной в Петрозаводске в 1974 г., лишь половина прогульщиков была подвергнута взысканиям⁵⁰. В результате безнаказанности количество прогульщиков росло из года в год. Новый секретарь ЦК КПСС Ю. В. Андропов на пленуме ЦК КПСС в декабре 1982 г. заявил, что «хотя нельзя все сводить к дисциплине, начинать надо… именно с нее». Проблема укрепления дисциплины труда и борьбы с расточительством на не-' сколько месяцев стала основной в средствах массовой информации. Для укрепления дисциплины предпринимались беспрецедентные меры: проверялись удостоверения личности в магазинах, милиция совершала облавы на кинотеатры с целью обнаруже­ния тех, кто пришел туда в рабочее время. Эти меры дали лишь кратковременный эффект, и вскоре все вернулось на свои места. В 1984 г. в промышленности и строи­тельстве Карелии прогульщиком оказался каждый четвертый рабочий. В результате прогулов, простоев и неявок с разрешения администрации ежедневно не работало 900 человек. Кроме того, в середине 1980-х гг. только на сельскохозяйственные работы, строительство и другие виды деятельности в промышленности ежедневно отвлека­лись до тысячи и более человек. А в последние дни каждого квартала и особенно в конце года начинались необходимые для выполнения плана авральные работы с при­нудительными сверхурочными. В 1986 г. принимаются меры по борьбе с пьянством, и благодаря им потери рабочего времени уменьшаются наполовину. Однако в 1987 г. вновь начался их рост.

Численность промышленно-производственного персонала возросла со 132 тыс. в 1970 г. до 145 тыс. в 1985 г. Вместе с тем, текучесть рабочей силы составляла по от­дельным отраслям до 27% в год⁵¹ (по СССР в 1970-х гг.— 20-30%). Рабочие уходи­ли с предприятий, прежде всего, в поисках более высокой заработной платы, лучшего продовольственного снабжения, лучших жилищных условий, условий для «шабаш­ки» и т. д. Особенно тяжелая обстановка складывалась на стройках. Во-первых, и в 1970-е, и в 1980-е годы здесь более половины рабочих были заняты ручным трудом. Во-вторых, трудились в основном мигранты из села, для которых стройка представ­ляла, как правило, лишь стартовую площадку, и вскоре они переходили в более бла­гополучные отрасли. В середине 1970-х гг. только на стройках Петрозаводска недо­ставало 1000 рабочих. По-прежнему в промышленности и строительстве использовался труд «спецконтингента» (ИТУ), а также условно-заключенных и условно-освобож­денных. Особенно много их работало в Сегеже, Кондопоге, Суоярви. Этот традици­онный путь «латания дыр» имел и значительные экономические издержки: требова­лись затраты на обучение, расходы на охрану.

Источником дешевой рабочей силы являлись студенческие отряды. В 1970- 1980-е гг. Центральный штаб студенческих строительных отрядов при ЦК ВЛКСМ ежегодно во время каникул направлял около 3 тыс. студентов для оказания помощи народному хозяйству Карелии. Заявки на привлечение стройотрядов поступали от многих предприятий республики, однако ряд договоров срывался из-за неготовнос­ти предприятий обеспечить нормальные условия труда и быта студентов.

При дефиците собственных трудовых ресурсов Карелия все-таки не осталась в стороне от «стройки века» — БАМа. В 1974 г. бюро обкома КПСС рассмотрело во­прос об участии строителей Карелии в сооружении объектов Байкало-Амурской ма­гистрали. Организациям республики было поручено шефство над строительством же­лезнодорожной станции Воспорухан.

В конце 1970-х — начале 1980-х гг. для улучшения ситуации на производстве ста­ли внедряться, а скорее навязываться сверху новые формы организации труда: злобинский метод, бригадный, коллективный подряды. Но они носили заформализованный характер. Как только даже такого рода новации получали развитие и создавали в отдельных коллективах предпосылки для сокращения административно-управлен­ческого персонала, их сила подрывалась многочисленными инструкциями. В резуль­тате подобные начинания, не успев развиться, оказывались фактически похоронен­ными и не принесли желаемого результата.

Смысл шумихи, поднимавшейся вокруг всевозможных «починов» и «методов» со­стоял в одном: навязать рабочим более высокие нормы, но в завуалированной форме, чтобы они не выглядели как плод фантазии чиновников из номенклатурных кабине­тов. С этой же целью осуществлялось заигрывание с молодежью, шла спекуляция на ее неопытности: в частности, объявлялись комсомольско-молодежные призывы на строительство Костомукшского ГОКа, Кривопорожской ГЭС и др.

В течение 1970-1980-х гг. при увеличении затрат в промышленности республики наблюдалось снижение ее эффективности. Кризисные явления выразились также в со­кращении темпов экономического роста. Промышленность сохраняла преимуществен­но ресурсодобывающий характер. Ее общий технический уровень все более отставал от требований времени. Возможности усовершенствования средств труда в границах сложившихся технологических принципов были близки к исчерпанию. Это обуслов­ливало преобладание затратной формы научно-технического прогресса в промыш­ленности республики. В целом задачу максимального использования достижений НТР, перехода к новым технологиям в рассматриваемый период решить не удалось, что и стало основной причиной «застоя».