phone(8142) 73-43-43,73-47-27

+7 (921) 626-60-06 (ежедневно)

г. Петрозаводск, наб. Гюллинга, 7

(напротив отеля «Карелия»)

 

Асбестовая керамика появляется в Карелии во второй половине III и бытует во II тысячелетии до н.э. Она совсем иная - тонкостенная, плоскодонная, с примесью игл огнеупорного асбеста и органики, украшена оттисками гребенчатых штампов. Подобная посуда бытовала также на территории Финляндии, Прибалтики, Ленин­градской, Вологодской и Архангельской областей, меньше - в северной Норвегии, Швеции, на Кольском полуострове. В Карелии известно около 400 поселений с асбес­товой керамикой, которая распространилась здесь быстро и почти повсеместно. Ее орнаментальные мотивы просты: "елочка" (вертикальный зигзаг); горизонтальные полосы косо или вертикально поставленных оттисков штампа; горизонтальные пояс­ки из штампов. Сложные геометрические композиции представлены только на ран­них памятниках, на которых уже появляются сосуды с уплощенными днищами.

Люди по-прежнему предпочитали селиться на берегах озерно-речных систем, из­бегая далеко отстоящих от них, изолированных водоемов. Найдены постоянные (зим­ние) и сезонные (летние) поселения, а также стоянки-мастерские, где добывалось сырье и делались первичные заготовки. Исследовано более 70 жилищ, как правило, полуземляночных. Их можно подразделить на два основных типа. Первый - пост­ройки прямоугольной формы площадью от 22 до 123 кв. м, углубленные на 40-60 см в землю, с двумя входами и двумя (редко тремя) кострищами на полу. Второй тип - постройки подквадратной или прямоугольной формы площадью от 9 до 42 кв. м с одним входом и одним кострищем или очагом. В каждом из них проживало не более двух-трех семей.

На северном берегу Онежского озера поселения с асбестовой керамикой распола­гаются на древних береговых террасах высотой 9-12 м над его уровнем, на расстоя­нии от нескольких десятков до сотен метров от современного уреза воды; в других местах - обычно на высоте 1-3 м над водой и рядом с нею. Площадь большинства из них от 700 до 3000 кв. м. Число жилищ от одного на небольших поселениях до 5-7 на крупных. Жилищные впадины тянутся в 1-2 ряда вдоль берега. Стены длиной от 4 до 10 м фиксировались по темным углистым полосам. В продолговатых больших жилищах два выхода у торцевых стен и два очага, расположенных симметрично. Не­большие квадратные жилища имеют один выход и один очаг или кострище в центре.

Находки обычно сосредоточены вдоль стен. За пределами построек они редки. Иног­да к жилищу делались пристройки, соединенные с ним коридорчиком. Сильно углуб­ленное жилище столбовой конструкции раскопано на поселении Шелтозеро XII. Обнаружены следы и нескольких наземных жилищ.

Набор орудий в целом почти не изменился. По-прежнему разнообразны сланцевые рубящие инструменты. Наряду с прекрасно зашлифованными по всей по­верхности встречались зашлифованные только по лезвию или вообще с незакончен­ной шлифовкой. Топоры, тесла, долота приобрели более удлиненные пропорции. Увеличилось количество желобчатых долот. Скребущие и режущие орудия тради­ционной формы. Появились проколки из шифера и меди. Чаще встречаются наконеч­ники, например, на поселении Войнаволок XXVII их найдено 121 экз. Они более удлиненные, с усеченным основанием или выемкой в основании. Кроме кремневых стали употребляться наконечники из зеленого сланца и шифера.

Выделено около 1000 сосудов с примесью асбеста, органики или их сочетаний. Преобладают тонкостенные, хорошего обжига, среднего размера (20-30 см в диа­метре). Реже встречаются крупные (35-50 см) и небольшие (диаметром менее 20 см) горшочки и чашечки. Сосуды, как правило, непрофилированные, с расширенным ус­тьем, круглым, уплощенным или плоским дном, рыхлым, непрочным тестом. Есть низкие чаши полусферической формы и более высокие горшки полуяйцевидной или баночной формы. На внутренней, а нередко и внешней поверхности - расчесы гре­бенчатого штампа.

При орнаментации обычно использовались оттиски различных гребенчатых штам­пов - узких, широких, овальных, дву- и трезубых - и неглубокие круглые ямки. Торец и верхний край сосуда (бордюр) обычно оформлены косо поставленными оттисками гребенчатых штампов, днище - узорами из радиальных или концентри­ческих линий. Бывает, что орнамент состоит всего из одного мотива: елочки, гори­зонтальные линии и др. Обычны горизонтально-зональные узоры с чередованием зон поверхностных оттисков и линий, ямок и неорнаментированных полос.

На раннем этапе культуры асбестовой керамики (вторая половина III тысячеле­тия до н.э.), по А. М. Жульникову, распространяются тесла и топоры "русско-карель­ского типа", кремневые наконечники треугольно-черешковой и листовидной формы с усеченным основанием, а также наконечники из сланца. Наблюдается приток при­балтийского янтаря. Жилища отличает значительная площадь - до 62 кв. м.

На втором этапе (первая половина II тысячелетия до н.э.) осваиваются горячая ковка и плавка самородной меди. В каменном инвентаре уменьшается число желоб­чатых и когтевидных долот, появляются долота с прямым и вогнутым основанием и ладьевидные топоры местного производства. Возрастает доля кремневых орудий по отношению к кварцевым. Преобладают средние по величине (33 кв. м) жилища-полу­землянки с одним входом. Полуземляночные жилища появляются и в северной Ка­релии.

На третьем, заключительном этапе (вторая половина II тысячелетия до н.э.) исчезают когтевидные и желобчатые долота и появляются долота с трапециевидным поперечным сечением. Используются клевцы и клинья. Разнообразнее становятся фор­мы наконечников. Сокращается использование кремня и прекращается поступление янтаря. Форма сосудов преимущественно баночная, днища плоские. В орнаменте по­суды преобладают простые узоры - в основном чередование двух-трех мотивов из оттисков гребенчатого штампа.

Хозяйственная жизнь во многом предопределялась средой обитания. Летние стоянки возникали на мысах и островах, ближе к местам промысла. Зимние размещались в глубине озерных заливов, тяготели к коренным берегам. Видимо, преобладала охо­та на лесного зверя. На Белом море практиковалась сезонная охота на морских животных. На побережье Онежского и Ладожского озер важной оставалась роль ры­боловства. Похоже, что в первой половине II тысячелетия до н.э. в Карелии в связи с возрастанием роли охоты на сухопутных животных, увеличивается подвижность на­селения. Возможно, уменьшается и общая его численность. Ослабевает приток крем­ня, доля кремневых орудий сильно снижается, шире используется кварц.

Энеолитическая культура Карелии входит в круг подобных культур лесной поло­сы типа волосовской, гаринско-борской и др. С первой половины II тысячелетия до н.э. начинает ощущаться слабое влияние более развитых культур с производящим хо­зяйством: культуры шнуровой керамики (Восточная Прибалтика) и фатьяновской (Вер­хнее Поволжье). Из Восточной Прибалтики во второй половине III тысячелетия до н.э. поступает янтарь. Украшения из янтаря (подвески, пуговицы и др.) найдены на 34 памятниках в количестве 192 экз. Чаще они встречались в погребениях. Одно из них с 68 изделиями из янтаря вскрыто на стоянке Залавруга II в Беломорье.

Искусство эпохи раннего металла представляют также мелкие глиняные скульптурки, фигурные налепы и изображения на сосудах, кремневые фигурки, фигурные молоты с головами животных. Так, на поселении Вигайнаволок I (с ромбоямочной посудой) найдены: антропоморфная эмбриональная фигурка и обломки подобных фигурок; налеп по краю сосуда, похожий на голову человека, несколько фрагментов водоплавающих птиц. У одной сохранилась голова, шея и часть туловища, у трех других - только голова и шея. Фрагменты уточек орнаментированы ямочными вдавлениями и оттисками короткого зубчатого штампа. Имеется глиняное кольцо, изогнутый жгутик, напоминающий змею, и несколько неопределенных обломков. Скульптурка лебедя встретилась на стоянке Илекса в комплексе с ромбоямочной посудой. Изображения водоплавающих птиц, нанесенных ямчатыми вдавлениями, обнаружены на поселениях Войнаволок IX и Пегрема III (оба с ромбоямочной кера­микой).

При раскопках в Пегреме обнаружены фрагменты эмбрионовидных скульптурок (известны они и на стоянках Соломенное VII и Кудома VIII). На поселении Войнаво­лок XXV с асбестовой керамикой по краям двух сосудов с примесью асбеста и следа­ми охры оказались налепы, напоминающие лица антропоморфных фигур (черты лица слегка намечены). Видимо, такие налепы прикреплялись к венчику сосуда. Схематич­ные головки в виде выступов на краях сосудов известны на Пегреме VII (с ромбо­ямочной керамикой), Войнаволок XXVII, Охтома II (с асбестовой), Кудома XI (с по­судой луконсаари эпохи раннего железа).

На внутренней стороне сосуда с гребенчато-ямочным орнаментом с поселения Пегрема II оттисками гребенчатого штампа нанесено несколько деревьев и челове­ческих фигурок. Изображения "человечков" на сосудах известны в Прибалтике и Южной Швеции.

На керамике эпохи раннего металла в Карелии можно встретить схематичные фигурки, похожие на деревья, людей, водоплавающих птиц, а среди кремневых скуль­птурок - зверей, птиц, людей. Упомянем еще антропоморфную фигурку из отщепа кремня на поселении Первомайская I в низовье р. Водлы; две скульптурки лисиц (Залавруга IV), медведя (Золотец I), ящерицы (Бесовы Следки II) - все в низовье р. Выг, а также боровую птицу с Войнаволока XXV (с асбестовой керамикой); ящери­цу (Кладовец И); две лунницы (Залавруга IV и Золотец XI). Известно, что лунницы и другие кремневые фигурки распространены на территории волосовской культуры. В целом мелкая пластика становится разнообразнее. Встречаются изображения на ка­менных и металлических изделиях. Доминируют зооморфные мотивы; антропоморф­ные встречаются редко.