Марциальные воды В XX веке

После закрытия купоросного завода минеральное сырье бывшего Дворецкого рудника продолжало интересовать предприимчивых людей. Уже в начале XIX века англичанин Томас Друри, работавший на Алек­сандровском заводе, «присмотрел» в ржавом Равдсуо хорошие возможности для организации красочного производства и отправил в Санкт-Петербург большое количество местной «вохры». Друри открыл в столи­це красочную фабрику, продукция которой экспонировалась на первой промышленной выставке. Местные крестьяне также использовали охру для своих хозяйственных нужд.

В конце XIX - начале XX века возрождается интерес предприни­мателей (в основном столичных) к разработке месторождений мине­рального сырья. Этот интерес был характерен для середины XIX века, но многие начинания того времени заглохли. Предприниматели об­ращают внимание на традиционные территории олонецких горных заводов: месторождения железной руды, Олений остров с запасами из­вести. Растущий промышленный потенциал столицы требовал разно­образного сырья.

В 1913 году для переработки на краску начал добычу охры на Равд­суо частный предприниматель, построивший в деревне Дворец неболь­шой красочный завод, на котором выделывались три вида краски: охра, сурик, мумия. Обработка сырья сводилась к сушке и измельчению ма­териала. В 1915-1917 годах месторождение разрабатывал инженер Рейхманберг для нужд судостроительного завода в Петрограде. При Рейхманберге завод поставлял краски более чем десяти разновидностей. В 1917 году из местных крестьян была организована артель, которая перерабатывала отложения охры в полировочный материал для опти­ческой промышленности. Сырье измельчали, сушили и обжигали в спе­циальной двухъярусной печи. Предприятие было очень небольшим. В 1920-1921 годах артель доставила в Москву около 5 тонн краски. В послереволюционные годы местными охрами интересовались воен­ные предприятия.

В 1913 году курорты России посетило около 200 тысяч человек. До войны русские вывозили около 200 миллионов рублей в год на западные курорты. С началом Первой мировой войны выезд за границу был за­крыт, пришлось изыскивать свои возможности лечить на водах раненых и больных солдат. Барон Н. В. Остен-Дризен «под влиянием ужасов, пережитых русскими в 1914 году за границей», организовал Всерос­сийское общество для развития и усовершенствования русских лечеб­ных местностей.

Меняется в предреволюционные годы и идеология курортного дела: главной его целью объявляется «не обогащение владельцев, а восстанов­ление здоровья и работоспособности массового населения». В 1915 году открылся III съезд, посвященный улучшению отечественного курортно­го дела, были намечены меры для его оживления. Русский Север стал объектом пристального внимания специалистов, которые стали инвен­таризировать забытые источники и традиции лечения. На Севере такие традиции были. Так, в 1841 году по распоряжению министра финансов Е. Ф. Канкрина в Леденске, где имелись соляные источники, были по­ставлены две ванны и назначен постоянный врач. К 1895 году здесь уже был курорт. Грязовецкие источники во второй половине XIX века стали использоваться для теплых ванн. Во многих районах Севера преобла­дали соляные источники; как и старорусские воды, они издавна исполь­зовались для лечения кожных заболеваний, развозились в бочках и, ра­зогретые горячими камнями, превращались в лечебные ванны.

Интерес к северным источникам был отчасти связан с их близостью к столице и отдаленностью от театра военных действий. Уже в годы войны местное земство попыталось организовать курорт в Серегово в Зырянском крае, а с 1927 года Коми исполком приступил к строитель­ству специального здания. В 1923 году был основан курорт в Сольвычегодске Архангельской области - как бальнеогрязевой, с использованием минеральной воды и грязей. По инициативе художника А. А. Борисова, в 1922 году (вероятно, первый в советскую эпоху) был открыт крохотный курорт Солониха в Северо-Двинском уезде, где ванны для лечения уст­роили из дерева, а посетителей размещали по крестьянским избам. В годы Первой мировой войны обратили внимание на лечебные купания на Бе­лом море и предложили использовать в целебных целях Кую, Мудьюг, Неноксу, Сюзьму, Пертоминский монастырь.

Революция и наступившая международная изоляция страны, а также низкий уровень доходов закрыли для подавляющего большинства насе­ления возможности лечения как на заграничных водах, так и на своих южных, что еще более обострило проблемы организации местных са­наториев и курортов. Пролетарскому сознанию были глубоко чужды «капиталистические западные курорты», где лечебные мероприятия, как писал один из представителей Наркомздрава Карелии, «превращают­ся в места стечения власть имущих, ищущих не здоровья, а разгульной жизни, приключений». В этом организаторы советской курортной сети усматривали «кризис западных курортов». В начале 1930-х годов, подво­дя идеологическую базу под представление о советском курорте, нарком здравоохранения АКССР А. Н. Лебедев предлагал в первую очередь использовать курортное лечение для рабочего класса, численность кото­рого в Карелии увеличивалась вместе с ростом населения города Петро­заводска, числа промышленных предприятий, строительством Бело-моро-Балтийского канала и комбината при нем. Санаторно-курортная помощь в Карелии ограничивалась закупкой курортных мест в других регионах страны. В приведенных А. Н. Лебедевым данных о числе про­шедших курс лечения в 1932 году из 334 человек 228 были рабочими, 106 - служащими (такое соотношение можно объяснить тем, что в этот период служащие были самой многочисленной социальной группой горожан и составляли 30% от городского населения). Затраты на курорты в этом году составили 84 796 рублей. Путевки закупались прежде всего в Ленинградскую область и в значительно меньшей степени - во всесоюз­ные здравницы. В следующем году Наркомздрав предполагал, «испра­вившись», 90% из общего числа мест во всесоюзные здравницы отдать рабочим, а на свои базы отдыха -до 80%. В 1933 году Наркомздрав впер­вые закупал путевки для иностранных рабочих (финнов-мигрантов). Именно в эти годы складывается распределительная система в лечении по путевкам, прежде всего через Наркомздрав.

Местами для размещения «своих» небольших домов отдыха стали к началу 1930-х годов ближайшие окрестности Петрозаводска и Кончезера. В этом районе с живописнейшей озерно-речной системой в 25 км от Петрозаводска появляется к 1930 году небольшой (на 150-160 человек) дом отдыха «Маткачи», предназначенный «для обслуживания неболь­шого круга партийного и советского актива» (позже - Шуйская Чупа). К 1934 году, благодаря организации физико-терапевтической лечебницы и повышению уровня медицинского обслуживания дом отдыха по суще­ству превратился в санаторий, где проходили лечение зимой до 80, а ле­том - до 100 человек. При доме отдыха имелся подсобный совхоз (как писал директор, «быстро вырастающий в показательный»). Естествен­но, что доставка на базу марциальной воды и лечебных грязей не была проблемой, тем более что над деятельностью физико-терапевтической лечебницы взял шефство Институт курортологии. В 1935 году встал во­прос о расширении водолечебницы и превращении дома отдыха в санато­рий для лечения нервных заболеваний, так как для данного контингента, то есть для ответственных работников, как подчеркивали врачи, особен­но характерно «утомление и даже истощение нервной системы». Предла­галось увеличить на 120-130 человек прием пациентов, для чего про­извести новые строительные работы. 17 сентября 1935 года СНК АКССР постановил считать, что «Маткачи» имеют все условия для постепен­ного превращения в санаторий, так как применяют такие методы, как электро-, водо- и грязелечение. Наркомздраву и Каргосплану предла­галось изыскать средства на 1936 год на постройку двух домов (клуба и столовой), проведение водопровода и канализации, усиление мощнос­ти электростанции, расширение подсобного хозяйства. Таким образом, один санаторий с использованием марциальных вод к 1935 году уже функционировал и использовал все местные возможности: хорошее пи­тание из подсобного колхоза, минеральные воды, грязи и современные методы лечения. С середины 1930-х годов он улучшает бытовые усло­вия, расширяет сферу культурно-развлекательных услуг.

Действительно, работа ответственных партийцев отличалась большой напряженностью, но труд номенклатуры компенсировался привилегиями и льготами, она широко пользовалась дачами, поездками в санатории и на курорты. Наличие этих привилегий тщательно скрывалось. С конца 1920-х годов для ответственных работников вводится система обеспе­чения путевками на южные курорты страны. С 1928 года путевки вы­деляются по специальным запросам через Ленинградское управление курортами - в основном в Крым и на Кавказ, а также в санатории в окре­стностях Ленинграда и в Старую Руссу.

В 1918 году курорты были нереданы Народному комиссариату здра­воохранения, 20 марта 1919 года В. И. Ленин подписал декрет «О лечеб­ных местностях», а в 1921 году - «О домах отдыха». Первый дом отдыха для рабочих был открыт в особняке Половцева на Каменном острове в Петрограде, затем - под Москвой. В 1923 году на 39-м бальнеологи­ческом конгрессе в Аахене представитель СССР - известный курортный деятель Н. И. Тезяков - заявил, что «страна наша пока бедна ... но в будущем ее курорты займут видное место среди курортов Европы». В 1920-1930-е годы многочисленные экспедиции разведали и описа­ли около 4000 источников, 700 месторождений грязей и 450 климатиче­ских районов. Предполагалось начать исследования и в Карелии. Уже в 1925 году в республике был построен первый в крае климатический санаторий - по финляндскому образцу - в поселке имени Дзержинского в Медвежьей Горе. Медвежья Гора должна была стать образцовым горо­дом-садом при Колонизационном отделе Мурманской железной дороги, наличие в этом городе здравницы дополняло картину идеального города. Здравница предназначалась для лечения туберкулеза - одного из самых распространенных заболеваний в рабочих поселках. Санаторий рас­положился в здоровом сухом месте на живописных сосновых холмах. На Пятом Всесоюзном съезде по курортному делу делегат из Вологды доктор П. А. Кадников высказал мнение, что многим больным лучше лечиться в тех климатических условиях, к которым привык организм, а Север имеет давние традиции... В 1929-1930 годы в санаториях побы­вало 10 жителей Карелии, в 1931 году - 15. В 1929 году на лечение было выделено 2000, в 1930 - 3000 рублей. На курортное и санаторное лече­ние красных партизан, красноармейцев и активных участников граждан­ской войны в 1930 году было выделено 2500 рублей.

В 1926 году Бородинская биологическая станция Ленишрадского Об­щества естествоиспытателей заключает договор с правительством Э. Гюл-лиига о проведении в республике исследований водоемов. Местом базирования станции становится Кончезеро (старые строения горно­заводского ведомства). В качестве главного объекта исследований уче­ные выбирают Кончезерскую озерную группу, примыкающую к Петро­заводской губе Онежского озера. С 1926 года станция взаимодействует с Онежской экспедицией Гидрологического института. Одной из проблем, которые разрабатывает группа, становится озерное рудообразование (в прошлом озерная система была богата рудоносными пластами). Воз­врат к теме озерной руды характерен для исследовательских программ 1920-1930-х годов в связи с попытками восстановить некоторые до­революционные металлургические предприятия на базе традиционных запасов железа. Попутно в планах работ станции возникают и другие темы, небезынтересные, как полагали ученые, для Наркомздрава, а именно: детальное изучение минеральных источников и грязей (микрофлора, химический состав), проблемы железа в водоемах с последствия­ми для их использования в промышленных целях, образование мине­ральных красок, содержащих железо (охры, мумии, умбры). Группа старалась связать свои научные поиски с задачами индустриализации АКССР. Уже в 1927 году предлагается снова начать разработки красок в долине источника марциальных вод. Но особенно интересуют ученых минеральные воды и последующее восстановление их лечебного исполь­зования, так как «оно было заглушено намеренно и несомненно долж­но будет возродиться». Исследователи (группа микробиолога Б. В. Пер­фильева) полагают, что возможно использование в лечебных целях грязей Габозера. Иловые отложения этого озера привлекали внимание еще в 1911 году. Таким образом, эта исследовательская группа верну­лась ко всему тому, чем было богато болото Равдсуо в петровскую эпо­ху - к руде, краске, минеральной воде. Исследования лечебных фак­торов для предполагаемого курорта затянулись на долгие годы, в них приняли участие разные учреждения - как местные, так и столичные. Бородинская биологическая станция (основана в 1895 году) была в се­редине 1920-х по сути единственным научным учреждением в респуб­лике. В 1930-е годы на станции находилось от 7 до 10 научных сотруд­ников. Группа работала на территории Карелии только летом, обобщая полученные данные в Ленинграде.

В 1927 году исследования проводил Томилов, в 1931 -Косман, в 1930-профессор Ремизов. В этом же году было принято решение Наркомата СНК о детальном изучении железистых источников. Исследователи со­гласились с мнением бывшего начальника Олонецких горных заводов Р. А. Армстронга о том, что процесс образования минеральной воды свя­зан с присутствием углистых пиритизированных сланцев. Использование разных методик анализа привело к противоречивым выводам об истин­ном химическом составе источников. С выводами доктора Ремизова не согласились его коллеги.

В 1932 году по просьбе Наркомздрава КАССР гидрогеологический сектор Центрального научно-исследовательского геолого-разведочного института командировал для исследования вод профессора Н. Н. Славянова. Однако, видимо, для окончательного решения о начале строительства по согласованию с Э. Гюллингом было предложено пригласить для консультаций немецкого бальнеоклиматолога профессора Берлинского университета Адольфа Бикеля. С начала XX века большой известностью пользовалась лаборатория бальнеофизиологии в Берлине. Профессор особенно интересовался железистыми источниками и в конце 1920-х -начале 1930-х годов совершил несколько поездок на Кавказ (в том числе и в Боржоми). В 1932 году Бикель участвовал в научно-исследователь­ской экспедиции по южному Уралу, откуда и прибыл в Карелию. После знакомства с результатами исследований он высказал мнение, что марциальные воды относятся к таким минеральным водам, эксплуатация которых должна себя оправдать (он рекомендовал произвести каптаж марциальноводского источника как содержащего большой процент же­леза без предварительного изучения - «хотя бы с некоторым риском»). Указал ученый и на значительную загрязненность источника поверх­ностными водами.

Бикель высказал интересные идеи и по поводу самого строительст­ва. Прежде всего он предложил разместить курорт не слева от дороги (где он находится в настоящее время), а справа, на холме за болотом, где курортный комплекс эффектно возвышался бы над низиной и всегда имел солнечное освещение. Курорт, по мнению профессора, должен быть обес­печен водой, канализацией и электричеством - для этого необходи­мо построить электростанцию; в состав курорта должны войти курзал и санаторий. Курзал, по мнению Бикеля, необходимо построить на месте деревни у главной дороги. Питьевой павильон - аркадного типа галерея, в центре которой будет размещен бювет, - должен соединяться с ванным зданием и зданиями различных служб. Все здания будут каменными, за исключением столовой, и будут построены так, чтобы их можно бы­ло достраивать и расширять - по типу отдельных павильонов-шале, помимо зимнего каменного здания в центре. Бикель даже предложил свое видение особенностей архитектуры будущего курорта - обязатель­но с учетом традиций местной архитектуры, исторического прошло­го источника. В его рисунке для питьевой галереи используются мо­тивы балясиновидного обрамления Марциальноводской церкви и цер­ковного купола. Церковь Бикель предложил непременно сохранить, отреставрировать и использовать под столовую: он видел, как советская власть использует культовые постройки (в Петрозаводске собор также был отдан под столовую), и его предложение можно рассматривать как компромиссное.

Советские исследователи в 1934 году подвергли критике почти все предложения Бикеля: делать каптаж без исследований рискованно, в «ус­ловиях советского планового хозяйства производство дорогостоящих каптажных работ над ценными минеральными источниками без предварительного тщательного...изучения их...совершенно недопустимо». Предложение А. Бикеля о строительстве курорта на другой стороне до­роги, на северо-восточном склоне, с параллельным осушением болота, и вовсе было принято в штыки. Осушение болота сочли рискованным для источников. Нарком здравоохранения А. Н. Лебедев посчитал севе­ро-восточный склон менее благоприятным для строительства с точки зрения микроклимата (хотя микроклиматическими условиями к этому времени не занимались). Кроме того, при такой планировке дорогу при­шлось бы строить через болото.

Курорт предложили расположить на западном склоне, слева от доро­ги. В состав курортного городка должны были войти 1-2 корпуса, водо­лечебница, солярий, айрарий, поликлиника, вспомогательные службы. Очень весомыми выглядели лечебные факторы: источники минеральной воды высокого качества (3) и габозерская грязь. Габозерскую грязь впер­вые применили в 1933 году в Петрозаводской физико-терапевтической лечебнице, позже был выявлен ее физико-химический состав. Предлага­лось использовать в лечении и местную охру. Исследователи приводили в пример немецкие курорты, где в ванны добавляли охру в таблетках. Зельцфельдский железистый источник (Германия) славился так называе­мым «горным маслом» из охры, а более высокие качества марциальной воды позволяли и тут рассчитывать на успех. В рекомендациях докторов значились также развлечения, физкультура, туризм, для развития которо­го очень удачным оказалось соседство водопада Кивач, куда устремля­лось все больше приезжающих. В 1933 году в церкви Апостола Петра собирались открыть исторический и антирелигиозный музей, а в доме горного ведомства - курортный музей.

В 1933 году по заданию Наркомздрава АКССР Государственный цен­тральный институт курортологии посылает экспедицию для гидрогео­логического и физико-химического исследования воды. Работы были поручены горному инженеру-гидрогеологу В. В. Иванову и химику Е. В. Ренгартену. Были заложены каптажные скважины, которые дали воду с разным содержанием железа. В 1933 году был поставлен вопрос о создании курорта союзного значения. Вот какое торжественное заклю­чение по этому поводу сделал нарком здравохранения: «Старая "Калева­ла" примет новую форму и воспоет карельские курорты и их творцов, коммунистическую партию и страну Советов». В 1935-1936 годах рес­публика, как и вся страна, жила в ожидании больших перемен. «Мечта становится явью» - примерно так можно было выразить эти ожидания. При обсуждении проекта новой Конституции было - среди многих дру­гих - высказано предложение о равном праве на отдых не только для рабочих и служащих, но и колхозников (в курортной статистике того вре­мени их нет, оплачиваемые отпуска им не полагались).

Следующим этапом в изучении источников должны были стать испы­тания «на людях».

С 1933 года работы по клиническому использованию воды были пе­реданы Ленинградскому Институту усовершенствования врачей -клинике профессора Ловцкого, который продолжил изучение до конца 1930-х годов. Именно ленинградские здравницы в этот период наиболее посещаемы жителями Карелии. В январе 1934 года, например, Нарком-здрав закупил девять путевок в Сестрорецк (4 - для служащих, 5 - для рабочих, истратив 360 рублей на служащих и 300 на рабочих)

В 1937-1938 годах в результате репрессий почти полностью смени­лось руководство республики (среди расстрелянных руководителей был и председатель СНК Э. Гюллинг), а новые власти вернулись к проблеме курорта только перед самой Великой Отечественной войной.

В результате войны с Финляндией к Карелии отошли территории, на которых было несколько финляндских курортных местностей в Се­верном Приладожье, прежде всего район Сортавала, где был открыт климатический курорт для лечения туберкулезных больных (позже здесь посредством бурения были выведены родоновые минеральные воды низ­кой минерализации).

В 1940 году Совет народных комиссаров КФССР принял решение об организации Управления курортами и санаториями Наркомздрава республики, видимо, в связи с новыми территориальными приобретени­ями республики. 28 декабря 1940 года было принято еще одно постанов­ление - о восстановлении в лечебных целях источника марциальных вод. Район источника с прилегающей к нему территорией был объявлен охра­няемой зоной, предлагалось немедленно приступить к работам по его восстановлению. На территории деревни Дворцы в 1929 году проживало 26 человек и имелось три крестьянских хозяйства, к 1934 году жителей было 20 человек. Предполагалось после обозначения границ охраняе­мой территории запретить без особого разрешения Наркомздрава КФССР любого рода хозяйственную деятельность на ней и в районе Габозера. На 1941 год планировалось выделить 120 тысяч рублей - за счет эконо­мии по смете Наркомздрава - на строительство курорта. Организаторы хотели также как можно скорее наладить разлив газированной марциальной воды, чтобы вывозить ее за пределы республики. К сожалению, неизвестно, какими были результаты клинических исследований и име­лись ли столь же сенсационные излечения, как в начале истории марциальноводского курорта. В 1948 году была сделана попытка устроить завод по разливу марциальной воды и был выполнен его проект.

В послевоенные годы республике было не до курортов, и, как всегда, в таких случаях потребовалась инициатива «снизу»: в июле 1954 года республиканский Комитет профсоюза рабочих лесной и бумажной промышленности возбудил перед ВЦСПС ходатайство о строительстве курорта, а в 1955 году правительство Карелии вошло в Совет Министров СССР с предложением о начале строительства.

В эти же годы в Карелии функционирует так называемая «Курортная контора», которая занимается приобретением и распределением путевок на курорты страны. С 1955 года курортное обслуживание, наконец, пред­лагают и колхозникам.

В 1956 году врач С. А. Вишневский, в 1930-е годы работавший в физико-терапевтической лечебнице, как бы подвел итог многолетним исследованиям воды и габозерской грязи, представив в качестве основ­ных лечебных факторов воды трех источников (с разным содержа­нием железа), габозерские грязи, а также - в перспективе - запасы местной охры.

Главная ценность марциальной воды - в высокой концентрации активного (двухвалентного) железа, количество которого значительно больше, чем в заграничных и российских источниках (от 17 до 95 ми-лиграммов в литре). По этому показателю марциальные воды не имеют себе равных в мире. Помимо железа, исследования выявили натрий, калий, магний, кальций и мышьяк. Общий дебит воды в пробурен­ных в 1950-е годы скважинах составлял 337 литров в сутки. Очень вы­сокое содержание железа и большой дебит воды поставили марциаль­ные воды на одно из первых мест среди железистых вод страны. Клини­ческие исследования установили, что эти воды укрепляют иммунитет и способствуют общему оздоровлению организма, влияют на секрецию пищеварительных органов и улучшают аппетит, повышают содержа­ние гемоглобина. Воды рекомендуются при некоторых заболеваниях крови, желудка, печени, почек, болезнях обмена веществ. Но преж­де всего марциальные воды эффективны при малокровии и скрытом дефиците железа. Другим лечебным фактором курорта являются вы­сококачественные лечебные грязи озера Габозера. Габозерские грязи обладают значительным содержанием сероводорода, высокой пластич­ностью и влагоемкостью, они применяются для лечения заболеваний периферийной нервной системы, органов движения и гинекологиче­ских заболеваний. Запасы грязи определяются в количестве до 40 ты­сяч кубометров.

В 1956 году начались изыскательские работы и работы по проектно­му заданию. Место для строительства выбирала специальная комиссия, разработку проекта поручили мастерской «Курортсанпроект».

В 1958 году началась реализация проекта, разработанного Ленин­градским территориальным управлением курортов, санаториев и до­мов отдыха. Проект этого периода был решен в «экономичном» стиле 1960-х годов, без учета исторического прошлого марциальных вод. Стандартный корпус с расположенными «по-больничному» комнатами, к со­жалению, не стал достойным завершением долгого пути к карельскому курорту. Предусмотрены были водолечебницы, грязелечебницы, кабинеты лечебной физкультуры и прочие современные подразделения. В 1963 году первая очередь курорта Марциальные Воды была завершена. Помимо лечебных зданий, были построены жилые корпуса для работников. Пер­вым главным врачом курорта стала Ф. Козицына. Первым из жителей Карелии путевку в санаторий получил тракторист Надвоицкого леспром­хоза В. Ф. Копылов.

Со временем марциальная вода и лечебные грязи стали доставляться и в другие лечебные учреждения и здравницы, в том числе в открыв­шиеся поблизости профилакторий и детский санаторий «Кивач». Цех бу­тылочного разлива вод с газированием организован не был - при таком разливе вода быстро теряет лечебные свойства. В 1965 году бывшая де­ревня Дворцы была переименована в курортный поселок Марциальные Воды с административным подчинением городу Петрозаводску. Санато­рий был подчинен Ленинградскому территориальному совету по управ­лению курортами профсоюзов.

За первые 15 лет работы курорт принял свыше 50 тысяч пациентов. Лишь к 1979 году был построен дом для персонала и улучшились возмож­ности расширить круг пациентов, принимая приезжающих лечить­ся «по курсовкам». В начальный период функционирования курорта показания для направления больных на курорт «вырабатывались в ос­новном эмпирически». В разработку научно обоснованных подходов в использовании лечебных факторов свой вклад внесли С. А. Вишнев­ский, Н. Д. Цаль - сотрудники медицинского факультета Петрозавод­ского университета.

Вторая очередь санатория была введена в строй в 1970-1980-е годы. Улучшились условия отдыха, появились более совершенные грязе­лечебница, бассейн, было открыто реабилитационное отделение для боль­ных ишемией. С 1988 года Петрозаводский университет стал проводить планомерные исследования по изучению механизмов воздействия ми­неральной воды

Подобрать тур
Наши контакты
Новогодние туры по Карелии
+7-921-626-60-06
(8142) 73-47-27
manager@welcome-karelia.ru
Экскурсии по Карелии
+7-921-626-60-06
(8142) 73-47-27
manager@welcome-karelia.ru
Билеты на Кижи и Соловки
+7-921-800-45-40
(8142) 73-47-27
ships@welcome-karelia.ru
Мы в социальных сетях
Новости
Для бабушек и дедушек
01.11

Наше специальное предложение

Наша осень
31.10

Что посетить в Карелии осенью? 

Новогодние Кижи
19.10

Вы бывали на острове Кижи? Можно побывать там в дни новогодних каникул!

Отзывы

Татьяна, Галина
Благодарим "Русский Север" и нашего гида Ольгу за прекрасное путешествие на Соловки 25-27 Августа, за заботу и прекрасные экскурсии в Беломорске и на Соловках! Все было прекрасно, и мы обязательно вернемся!
Евгений Миловидов
Благодарю компанию "Русский север" за слаженное, чёткое обслуживание гостей вашего прекрасного края. Сбылась моя давняя мечта! Особую благодарность хочу выразить гиду Ширшовой Ольге! Высокий профессионализм, эрудиция, личное обаяние отличают этого экскурсовода!
Ольга
Хотелось бы выразить большую благодарность команде "Русского Севера" за организацию тура. В особенности благодарим нашего прекрасного гида Ладу за профессионализм, искреннюю любовь и преданность своему делу. Наглядный пример того, что "роль личности в истории" имеет место быть! С удовольствием вернёмся в Карелию и будем рекомендовать вашу компанию своим друзьям!
Нина
Огромное спасибо за тур "Кижи-Валаам-Соловки" всей турфирме и лично нашему прекрасному гиду Ольге. Замечательный человек, интересный собеседник и просто профессиональный гид. Мы на протяжении всей поездки слушали интересный рассказ, смотрели фильмы снятые в Карелии и слушали песни о любви к Карелии. Она смогла сделать все, чтобы о туре остались самые приятные воспоминания. Всем советую посетить Карелию!
Татьяна
Тур Кижи-Рускеала-Соловки чрезвычайно интересен, хорошо организован, но особую благодарность фирме "Русский север" хочется сказать за подбор гидов. Работа Елены Дарешкиной и Лады Фокиной заслуживают самой высокой оценки. Их эрудиция, доброжелательность, стремление заинтересовать аудиторию и, главное, любовь к родному краю делает встречу с Карелией действительно незабываемой. Огромное спасибо! Удачи и хороших туристов всему коллективу "Русского севера".
Добавить отзыв Все отзывы