Норка Европейская

Распространение. Численность. Биотопическое распределение.

В неда­леком прошлом европейская норка обитала на большей части Карелии, а се­верная граница ее распространения почти совпадала с административной границей Карелии и Мурманской обл. (Данилов и др., 1973). Существование европейской норки в Карелии в настоящее время весьма сомнительно. Един­ственно возможный район ее обитания - это восточная часть Пудожского р-на возле границы с Архангельской обл. (рис. 58). Существующий очаг оби­тания европейской норки на Северо-западе России сохранился лишь на час­ти территорий Псковской, Новгородской и Ленинградской областей (Тума­нов, 2003). В настоящее время вся Карелия, Мурманская обл. и большая часть Ленинградской обл. заселены американской норкой. Она полностью заместила здесь аборигенный вид (Данилов, 1964; 1969; 1972; Захаров, 1969; Туманов, 1972; Данилов, Туманов, 1976 а, б).

Интродукция американской норки на Европейском севере России нача­лась в 1934 г., когда в окрестностях Петрозаводска в речки Шапша и Машезерка было выпущено 45 зверьков. Вслед за тем в Терском р-не Мурманской обл. в притоки р. Оленицы - Удебный и Майручей было выпущено 83 нор­ки. Работы по интродукции американской норки возобновились в Карелии почти через тридцать лет. В 1962 г. 64 зверька выпустили в реки Соан и Вельякан (Суоярвский р-н), в 1963 г. 73 экз. расселили по р. Шалице (Пудож­ский р-н) и, наконец, в 1965 г. 145 норок по берегам рек Кягма, Урокса (Сегежский р-н) и Вичка (Медвежьегорский р-н) (рис 58).

Однако к тому времени значительная часть территории Карелии, а так­же Мурманской обл. уже была заселена американской норкой (Данилов, 1964; 1969; Захаров, 1969) и необходимости в этих выпусках не было. Ак­климатизация американской норки шла весьма успешно, но этот успех ни­как нельзя объяснить расселением зверьков, выпущенных в 1930-е годы и их потомков.

Исследования, выполненные в Карелии (Данилов, 1964; 1969; 1972), и на смежных территориях - в Мурманской (Захаров, 1969) и Ленинградской об­ластях (Новиков, 1970; Туманов, 1972; Иванов, Туманов, 1974) убедительно показали, что основными источниками акклиматизации нового вида послу­жили звероводческие хозяйства.

Ориентировочный подсчет норок, убегавших со звероферм, дает неко­торое представление о масштабах этой интродукции. Расчет, основанный на материалах, полученных из зверосовхозов (Данилов 1972), показал, что все­го в природу за 1950-1980-е годы попало не менее 10 000 зверьков (20 зве­роферм, разводивших норок, существовали в Карелии 30 лет, ежегодно из каждого зверосовхоза убегало от 10 до 20 норок). С средины 1980-х годов началась интенсивная деградация звероводства в Карелии, особенно разве­дения норок. Соответственно, и приток в природу зверьков из мест их раз­ведения сократился или прекратился вовсе.

Аналогичен был процесс появления и акклиматизации американской норки во всех странах Северной Европы: в Финляндии, Норвегии, Швеции, Дании, Исландии (Tenovuo, 1963; Pedersen, 1964; Westman, 1968; Gerell, 1968, 1971; Cleeland, 1970). Там выпусков норок не проводилось, но широко прак­тиковалось их разведение на фермах, в результате вид широко распростра­нился. В настоящее время популяция хищника достигла высокой плотнос­ти и он стал одним из главных врагов дичи в прибрежных биоценозах. В не­которых странах разрешено уничтожение американской норки в течение круглого года.

В настоящее время процесс акклиматизации американской норки на большей части ее нового ареала можно считать завершенным. Вид прочно вошел в состав прибрежных биоценозов Старого Света, вытеснив и заместив при этом аборигенную европейскую норку на значительной части ее ареала.

Успех акклиматизации американской норки на Европейском севере объясняется, на наш взгляд, несколькими причинами. 1. На протяжении бо­лее чем 50-ти лет в природу постоянно попадали животные из звероводче­ских хозяйств, пополняя тем самым естественные популяции. 2. Американ­ская норка - вид более экологически пластичный, чем норка европейская, и заселила весь Кольский п-ов, где никогда не было последней. Новый вид обладает рядом физических (более крупные размеры) и физиологических (диапауза в развитии зародышей) преимуществ перед европейским сороди­чем. 3. Начальная стадия акклиматизации нового вида совпала с периодом глубокой депрессии численности аборигенного, что было вызвано его пере­промыслом в 1930-е годы на всем Европейском севере (Siivonen, 1956; 1972; Новиков, 1970; Данилов, 19726; Туманов, Терновский, 1972). 4. Может быть, определенную роль сыграло и непродуктивное скрещивание видов, что могло иметь место, когда более крупные самцы американской норки спаривались с самками европейской, однако зародыши погибали и резорбировались. Такое явление неоднократно регистрировалось Д.В. Терновским (1977).

Американские норки, обитающие в Карелии, имеют довольно крупные размеры тела и черепа. Сравнение их линейных и весовых показателей с та­ковыми зверьков, обитающих в разных регионах России, и разводимых в не­воле, выполненное нами ранее (Данилов, 1969а; Данилов, Туманов, 1976 а, б), показало, что дикие американские норки из Карелии крупнее алтайских (Терновский, 1958) и башкирских (Павлиний, 1962) и близки по размерам зверькам из Татарии (Попов, 1949).

В период расцвета звероводства в Карелии были добыты три очень крупные норки: вес одного самца достигал 2150 г, другого - 1793 г и самки - 980 г; кондилобазальная длина черепа одного из самцов равнялась 75 мм, а самки - 64,2 мм. Их появление лишний раз подтверждает, что основными источниками племенного материала для акклиматизации служили зверосов­хозы (Данилов, 1972).

В связи с изложенным, мы считаем возможным повторить здесь сравне­ние некоторых промеров черепов зверьков разного происхождения, сделан­ное нами ранее (Данилов, 1969а). Оказалось, что норки, разводившиеся в 1936 г. в Кольском зверосовхозе (Новиков, 1938) и выпущенные в окрестно­стях Петрозаводска, были почти одинаковы по некоторым промерам чере­па с европейскими норками, но значительно меньше зверьков, разводивших­ся в Карелии в Святозерском зверосовхозе в 1963 г (рис. 59). Последнее, что совершенно очевидно, стало результатом селекции или искусственного от­бора. Однако самые значительные различия между европейской и амери­канской норками прослеживаются в строении черепа. Детали этих различий были описаны нами ранее (Данилов, Туманов, 1976 а).

Распределение американской норки в Карелии определяется природны­ми условиями ее территории. Последний специальный учет норки в Карелии был осуществлен в конце 1990-х годов. Судя по этим материалам, численность норки на севере республи­ки колеблется от 1,5 до 3 экз. на 10 км береговой линии водоемов. На юге она почти вдвое выше - 4-6 экз. (рис. 60).

Своеобразие гидрографичес­ких условий территории Карелии, а именно обилие водоемов разно­го типа - ручьи, реки, разной ве­личины озера, часто соединенные между собой сильно изрезанной береговой линией, многочислен­ные канавы лесоосушительной и сельскохозяйственной мелиора­ции в значительной мере затруд­няют выделение угодий, предпо­читаемых американской норкой.

К типичным стациям американской норки, как и норки европейской, следует отнести лесные ручьи и речки с незамерзающими участками - поро­гами и перекатами, с невысокими, но сухими берегами. На крупных реках она селится редко и встречается в местах впадения в них мелких притоков, ручьев, мелиоративных каналов.

В отличие от аборигенного вида американская норка не избегает, а да­же предпочитает селиться на озерах (рис. 61). Другая особенность стадиаль­ного распределения, отличающая новый вид от европейской норки, это час­тое поселение американской норки близ человеческого жилья, что харак­терно для вида и на его родине - в Северной Америке. Возможно, что такое поведение является также следствием доместикации американской норки, продолжающейся уже более 100 лет.

В первое время после побега со звероферм зверьки довольно долго дер­жатся вблизи них и на окраинах населенных пунктов. В известной мере это объясняется отсутствием у беглецов опыта самостоятельного добывания пищи, высокой численностью синантропных грызунов возле человеческого жилья, а иногда и присутствием домашней птицы в некоторых дворах. Одна­ко подобный синантропизм хищника прослеживается и у потомков беглецов многих поколений.

Изучение распределения норки по угодьям в значительном удалении от источников ее акклиматизации - зверосовхозов - также показало хорошо выраженную приуроченность ее обитания к населенным пунктам. Так, из 16 норок, отловленных за два осенних сезона на одном из стационаров в Ка­релии (на площади 1500 га), 6 экз. (37,5%) было поймано в деревне под жи­лыми и нежилыми домами и другими постройками, при этом зверьков лови­ли на одном месте по 2-5 раз.

Вблизи населенных пунктов, при отсутствии промысла, наблюдается и повышенная плотность животных. На уже упомянутом опытном участке обитало 11 зверьков, а на подобной же территории, но в значительном уда­лении от населенных пунктов - всего 7 экз (учет проводился по индивиду­альным участкам). Другой пример - в процессе учета норки в Суоярвском р-не в окрестностях пос. Тойвола на участке 6 км р. Тарасйоки мы зарегис­трировали 7 норок. В 30 км вверх по реке численность зверьков была в три раза меньше (0,3-0,4 экз. на один км береговой линии).

Известны также случаи встреч и добычи американских норок в городской черте городов Кондопоги, Беломорска, Сортавалы и даже Петрозаводска.

Участок обитания. Жилища.

Размеры и характер освоения территории у норок имеют ряд видовых особенностей. Из 8 индивидуальных участков евро­пейских норок, измеренных в южной Карелии, наибольший занимал 3 км побе­режья реки, а наименьший - один (в среднем - 2,4) км. Площадь охотничьей территории зверька при удалении его от уреза воды не более чем на 200 м, со­ставила в среднем 48 га. Протяженность охотничьего хода в начале зимы ко­лебалась от 0,8 до 4,0 (в среднем - 2,8) км (Данилов, Туманов, 1976 а, б).

По наблюдениям И.Л. Туманова в южных областях Северо-запада Рос­сии, где обеспеченность пищей значительно лучше, чем в Карелии, длина охотничьего хода самцов (п = 7) составляла 0,4-3,5 (в среднем - 1,6) км. У са­мок охотничий поиск был меньше - 0,7-2,8 (в среднем - 1,2, п = 5) км. Пло­щадь участка обитания составила в среднем у самцов - 32, самок - 26 га.

Изучение особенностей освоения европейской норкой пространства, про­веденное с помощью радиотелеметрии в юго-западной Европе (Garin et al., 2002), показали, что самцы (п = 5) в разные месяцы занимали участки реки протяженностью от 2 км (в октябре) до 11 км (в марте), в среднем 5,8 км (рас­чет сделан нами по графикам, приводимым в статье). Участки самок (и = 2) простирались на 0,6 и 3,6 км течения реки и оба входили в участки обитания самцов.

Европейская норка живет оседло, редко совершает переходы по суше с одного водоема на другой, а ее жировочный след обычно тянется вдоль бе­рега реки без далеких заходов в прибрежные леса.

В район обитания американской норки может входить отрезок побере­жья одного крупного водоема (река, озеро) с одним или несколькими мелки­ми водоемами (ручьи, канавы, ламбы) или без них, иногда это совокупность мелких водоемов (рис. 62).

В большинстве случаев каждый зверек занимает изолированный учас­ток. Нарушение границ участка наблюдается осенью - молодыми зверька­ми в период расселения и весной самцами во время гона. При расселении мо­лодых перекрытие и даже совмещение участков обитания продолжается до­вольно долго. Так, при мечении животных осенью - до середины-конца но­ября в одни и те же живоловки нередко попадались разные зверьки, а в ме­стах отлова норок, содержавшихся некоторое время на стационаре, встреча­лись свежие следы других животных. Стабилизация границ участков проис­ходит в середине декабря.

Предгонные и генные перемещения самцов продолжаются с конца фев­раля до конца марта, а в северных районах и до середины апреля. В предгонный период значительно возрастает длина суточных перемещений живот­ных - до 10-12 км. В противоположность этому в начале-середине зимы длина охотничьего хода американской норки в Карелии, в среднем за ряд лет составляет 3,8 (0,6-10) км (/? = 16).

Изучение перемещения американской норки на юго-западе Шотландии с помощью радиотелеметрии (Duntstone, Birks, 1983) показало, что террито­рии особей одного пола никогда не перекрываются, участки самок могут входить частично или полностью в участки самцов. Каждый зверек исполь­зовал участок морского побережья протяженностью всего 0,5-1 км. Авто­ры, однако, замечают, что размеры территорий, занимаемых зверьками, живущими на реках, больше, чем на побережье. На территории, занимаемой особью-резидентом, выделялся сердцевинный участок, на котором живот­ные и проводили большую часть времени.

Для охотничьего поиска американской норки в наших таежных услови­ях характерны постоянные и глубокие заходы в прибрежные леса, хотя ос­новной ее маршрут пролегает вдоль берега водоема (рис. 62). Довольно часто зверьки совершают и прямые переходы с водоема на водоем через лес. В начале зимы по еще неглубокому снегу такие перемещения достигают 3-5 км. Такое поведение совершенно не свойственно европейской норке.

В суровые зимы с ранним замерзанием, а часто и промерзанием мелких водоемов, происходят откочевки норок с верхнего и среднего течения рек в устьевые участки, где в таких случаях отмечается совместное обитание не­скольких зверьков. Такое явление наблюдалось и у европейской, и у амери­канской норок, а случалось оно, как правило, после сухого лета, когда уро­вень воды в водоемах сильно падал, а сильные морозы в начале зимы при­водили к промерзанию водоема. С выпадением глубокого снега и снижени­ем температуры воздуха до - 20° С активность норок сокращается, уменьша­ются и размеры участков обитания.

Гнездовые и временные убежища норок располагаются в самых разно­образных местах, но всегда хорошо защищенных от непогоды и крупных хищников (табл. 34). На участке обитания зверька есть, как правило, от од­ной до трех регулярно посещаемых нор, в которых он и остается на дневку. Норка не бросает совсем убежище, даже будучи потревоженной и выгнан­ной из него, возвращается в это укрытие и в последующем.

Помимо основных убежищ каждый зверек имеет еще несколько допол­нительных укрытий, которые использует периодически. Очевидно также, что животные иногда останавливаются на дневку в случайных убежищах. Нам приходилось находить зверьков в кучах хвороста на вырубках, под коп­ной сена на сенокосах, в окрестностях населенных пунктов и в поленницах дров. Все эти укрытия находились в 50-70 м от водоема. Наличие на участ­ке нескольких постоянных и временных убежищ позволяет животным оста­навливаться на дневку в ближайшем из них. Норка довольно редко возвра­щается в то же укрытие, из которого вышла на охоту.

Самки, очевидно, более привязаны к определенному жилищу, нежели самцы, о чем мы могли судить по наблюдениям за животными обоих полов почти одновременно зимой 1965 г. В течение 10 дней февраля из трех самок, бывших под наблюдением, две трижды дневали в одних и тех же убежищах. При наблюдении за тремя самцами только один из них в течение недели ос­танавливался на дневку в посещаемой ранее норе. Интересно, что при повторном заселении освободившихся по какой-либо причине участков новые зверьки используют те же убежища, где до них уже жили норки.

Питание. Суточная и сезонная жизнь.

Состав пищи европейской и аме­риканской норок имеет много общего и характеризует их как довольно ши­роких эврифагов. В питании хищников в течение года довольно равномерно представлены мелкие млекопитающие, земноводные, рыбы, ракообразные, меньшее значение имеют птицы. Растительные корма встречаются редко и в небольшом количестве (табл. 35).

Сравнение качественного состава кормов американской норки в Каре­лии и других областях Северо-запада выявило ряд особенностей питания хищника, связанных с ландшафтно-климатическими условиями территорий. Так, основу питания хищника на Кольском п-ове составляют рыбы, леммин­ги и другие мышевидные грызуны. В Карелии и в Ленинградской обл. до­вольно большое значение имеют также земноводные и птицы; в последней в бесснежный период весьма существенна и роль насекомых, встречаемость которых достигает 34,6% (Данилов, Туманов, 1976 а).

Наблюдаются значительные сезонные изменения питания норки во всех регионах. Они в ряде мест более существенны, нежели географические. Так, летом в питании животных в Ленинградской обл. млекопитающие встреча­ются почти вдвое реже, чем зимой - 32,3% и 64,9%, тогда как земноводные более чем в два раза чаще - 40,8% и 16,2%, соответственно. Рыбы летом ло­вятся норкой заметно реже (14,6%), чем зимой (23,0%), с большой охотой норки поедают летом также раков (Данилов, Туманов, 1976 а).

Такие изменения связаны с доступностью тех или иных кормов и, при обилии, простотой их добывания. Это в первую очередь относится к члени­стоногим, которые представляют собой значительный пищевой резерв нор­ки. К аналогичному выводу пришел Р. Герелл (Gerell, 1968), изучавший пи­тание американской норки в Швеции, где летом по данным названного ис­следователя встречаемость членистоногих в желудках и экскрементах но­рок составляет 30,8%.

Европейские и американские норки нередко устраивают небольшие за­пасы пищи. Инстинкт запасания, очевидно, более выражен у самок. Дани­лов П.И. и Туманов И.Л. (19766) сообщают о нескольких складах корма в гнездовых жилищах норок. У европейской норки максимальное число жертв в таком складе было 23 лягушки; у американской - по сообщению Р.С. Поляковой в Лапландском заповеднике найдено 26 тушек норвежских леммингов.

Некоторые исследователи (Альтшуль, 1970; Новиков, 1970) указывают, что американская норка довольно часто нападает на ондатру и наносит су­щественный ущерб популяции этого грызуна. В наших материалах по пита­нию американской норки ондатра встречается нечасто, однако, судя по по­левым наблюдениям, этот хищник может нанести значительный урон пого­ловью ондатры на отдельных водоемах. В Северной Америке - на родине обоих видов - ондатра - важный корм хищника, а его пресс на популяцию грызуна увеличивается от лета к осени (Мс Donnell, Gilbert, 1981).

По наблюдениям финских зоологов американская норка стала главным врагом водоплавающих птиц в шхерах (Tenovuo, 1963; Kauhala, 1996). Наши материалы не позволяют сделать подобного категоричного вывода, однако, осенью в убежищах зверьков неоднократно приходилось находить полу­съеденных уток.

Суточная активность норок во многом определяется фотопериодом, свой­ственным тому или иному сезону, особенностями погодных условий и физио­логическим состоянием животных. Осенью зверьки наиболее активны в ве­чернее и утреннее время (с 16 до 22 и с 5 до 10 часов) Такая цикличность со­храняется до февраля. В конце зимы - начале весны, т.е. с началом гонного периода подвижность норок, особенно самцов, возрастает. В это время зверьков можно встретить в любое время суток. Самки и в это время ведут более скрытый образ жизни. В весенне-летний период, особенно в высоких широтах, где нет выраженного темного времени, нет и выраженной ритмич­ности суточной активности норок, хотя наибольшее число регистрации зверьков приходится все-таки на утренние и вечерние часы.

Изучение активности норок в южной Швеции с помощью биотелемет­рии (Gerell, 1969) показало, что самки в течение всего года активны главным образом ночью, лишь в период выращивания молодых зверьки активны и днем. Норки, сбежавшие со зверофермы, деятельны преимущественно днем.

В мае-августе зверьки ведут относительно оседлый образ жизни, а их перемещения ограничены территорией постоянного участка обитания. В сентябре-начале октября молодые зверьки еще держатся в районе инди­видуального участка матери, а затем начинают интенсивно осваивать новые территории. В декабре-январе они мало показываются на поверхность, ча­сто ходят пустоледкой и под снегом. Это особенно характерно для северных территорий с сильными морозами и глубокими снегами. Максимальная, из­меренная нами длина прохода норки под снегом равнялась 150 м, пустолед­кой же зверьки могут проходить по 500-600 м, что составляло почти чет­верть их суточного хода.

Наблюдения за одной самкой в сильные морозы (-30°)-(-40°)С и глубо­ком снеговом покрове в течение 4-х дней показали: два дня (10 и 13 февра­ля) норка не показывалась на поверхность, два других (11 и 12 февраля) она выходила из убежища, несколько раз пересекала ручей и вновь скрывалась под снегом. Суточный наслед ее в эти дни по поверхности не превышал 50 и 60 м (Данилов, 1969 а).

Норки обоих видов плохо приспособлены к передвижению по глубоко­му снегу. Весовая нагрузка на единицу площади опоры у них значительно больше, чем у наземных хищников семейства. В случае опасности американ­ская норка легко забирается на деревья на высоту 4-7 м, этого нельзя ска­зать о норке европейской. Плавают они одинаково хорошо. Характерной чертой поведения американской норки следует признать устройство "снеж­ных горок". Однако в отличие от выдры у норки они не игровые, а служат для облегчения спуска по глубокому снегу с холмистых берегов и использу­ются однократно.

Размножение. Структура популяции.

Размножение американской норки изучено весьма детально, что связано с многолетним разведением ее на фер­мах. Но и особенности репродукции европейской норки исследованы также довольно полно, особенно интересные данные по репродукции вида и его ги­бридизации получены Д.В. Терновским (1977) при содержании и разведении европейской норки в неволе.

Размножение видов отличается рядом особенностей, которые не только обеспечивают преимущество нового вида над аборигенным в пределах аре­ала последнего, но и позволяют американской норке успешно существовать значительно севернее европейской. Половой зрелости и самцы, и самки обо­их видов достигают на первом году жизни. Связанное с размножением уве­личение подвижности европейской норки в природе становится заметным в начале марта. Подобные же явления в жизни американской норки зарегист­рированы несколько раньше - в конце февраля.

Изменения в органах размножения у самцов европейской норки начина­ются уже в декабре. В начале февраля в гонадах формируются первые спер­матозоиды, а во второй половине этого месяца - начале марта зрелые поло­вые продукты образуются особенно интенсивно и заполняют канальцы при­датков семенников.

У самцов американской норки увеличение размеров семенников и акти­визация процессов производства половых продуктов также начинается в де­кабре. К началу февраля семенники сильно увеличены, а в их канальцах по­являются сперматозоиды. Начинается активный сперматогенез, достигающий наибольшей интенсивности в феврале. Сперматозоиды в гонадах при­сутствуют до начала июня. Таким образом, активный сперматогенез у аме­риканской норки протекает с февраля по май включительно (Данилов, Ту­манов, 1972).

Опираясь на опубликованные ранее данные (Данилов, Туманов, 1976 а, б) можно заключить, что течковый период у самок европейской нор­ки приходится на апрель (самки, добытые 29.04, 05.05 и 06.06 были на ран­них стадиях беременности). В неволе, в Московском зоопарке, продуктив­ное спаривание самки наблюдали во второй половине апреля (22 и 25.04.) (Рубецкая и др., 1933). В Новосибирске самое раннее результативное спари­вание европейских норок в неволе наблюдалось 27.03, а самое позднее -24.06 (Терновский, 1977).

Таким образом, наиболее активный процесс сперматогенеза и течка у европейской норки в средней и южной тайге приходится на конец марта - апрель, следовательно, и гон проходит в те же сроки.

Характерные гистологические изменения в половой системе самок аме­риканских норок, означающие активизацию астрального цикла, отмечены уже в начале января. В середине-конце февраля у всех исследованных самок наблюдалось предтечковое или течковое состояние. Все самки, добытые в середине-конце марта, были беременны (Данилов, Туманов, 1976 а). Итак, гон у американской норки в южной Карелии и на смежных с нею террито­риях начинается в конце февраля и заканчивается в начале апреля.

Беременность у европейской норки протекает без задержки импланта­ции и продолжается 40^-5 дней (Рубецкая и др., 1933; Терновский, 1977).

Развитие зародышей у американской норки протекает с кратковремен­ной диапаузой. Ее продолжительность зависит от времени спаривания. По данным М.Д. Абрамова (1961), у зверьков, спаривавшихся 16-28 февраля, беременность продолжалась 63-72 дня, а у покрытых после 8 марта -40-58 дней.

Рождение щенков у европейской норки приходится на конец мая - начало июня. Щенение американских норок происходит в конце апреля - середине мая.

Таким образом, самки американской норки спариваются несколько раньше европейских норок. Этим иногда объясняют нескрещиваемость ви­дов. Однако, как мы уже писали (Данилов, Туманов, 1972), несостоятель­ность такого довода становится очевидной, если учесть, что самцы обоих ви­дов приходят в состояние гона в одно и то же время и одинаково долго со­храняют способность к продуктивному спариванию, т.е. период половой ак­тивности самцов намного перекрывает сроки течки самок обоих видов. Бо­лее того, как показали эксперименты Д.В. Терновского (1977) межвидовое спаривание возможно, хотя и заканчивается резорбцией эмбрионов.

Особенность беременности американской норки - задержка импланта­ции зародышей - является на наш взгляд, одной из главных причин успеш­ного освоения этим видом территорий, находящихся за северным пределом ареала европейской норки. Как показали работы канадских исследователей (Bruce, Derek, 1974), продолжительность периода между спариванием и им­плантацией оплодотворенной яйцеклетки удлиняется при увеличении свето­вого дня. Следовательно, продолжительность фотопериода высоких широт удлиняет диапаузу и задерживает появление на свет щенков американских норок до более позднего и благоприятного времени, нежели это имело бы место при сравнительно короткой беременности европейской норки.

По плодовитости европейская и американская норки практически не от­личаются друг от друга.

Смертность щенков в первые месяцы жизни у обоих видов также одина­кова - 24 и 26%, соответственно (Данилов, Туманов, 1976 б).

По материалам И.Л. Туманова в промысловой пробе из популяции евро­пейской норки (п - 486) самцов было 52,4% (х2 = 1,2, Р = 0,30), т.е. соотно­шение полов у этого вида близко к 1 : 1.

Иное соотношение самцов и самок оказалось среди американских норок, добытых охотниками. Самцы в среднем за ряд лет значительно преобладали над самками, составляя 65% (п = 666, %2 = 28,4, Р > 0,999). Очевидно, данное яв­ление объясняется спецификой промысла - избирательностью капканного лова. Так, из 120 зверьков, добытых только капканами, самцов было 84 экз.

Среди добытых европейских норок, возраст которых был определен (« = 83), сеголетки составляли 29%. Из 88 американских норок сеголетков было 35%.

Паразиты, болезни. Враги и конкуренты.

Изучение зараженности евро­пейской норки гельминтами в Ленинградской и Псковской областях, выпол­ненное И.Л. Тумановым (Данилов, Туманов, 1976 а), показало, что экстен­сивность инвазии нематодами составляла в среднем за ряд лет 77,1% (я = 33). Большая часть зверьков (24 экз.) были заражены скрябингилюсами и толь­ко у 11 особей отмечены филяоидесы. Интенсивность инвазии довольно высокая. В среднем на одного зараженного зверька приходится 2,3 (1-8) оча­га филяроидеса и 10,2 (2-33) скрябингилюсов.

Инвазированность американской норки по сравнению с европейской не­высокая. Более того, во всех районах акклиматизации американской норки на территории бывшего Советского Союза этот зверек заражен гельминта­ми значительно слабее, чем на родине - в Северной Америке. Так, в СССР у него отмечено 17 видов паразитов, а в Северной Америке - 46 (Контримавичус, 1969). По-видимому, это объясняется тем, что интродукция американ­ской норки происходила главным образом за счет животных, выращенных в звероводческих хозяйствах, и, как правило, дегельминтизированных.

В Карелии гельминтофауну норок изучала В.И. Шахматова (1964). Как оказалось впоследствии, основной материал ею был получен из мест оби­тания норки американской, но по незнанию ситуации с распределением ви­дов все гельминты были отнесены к норке европейской. Видимо, поэтому у последней и был обнаружен Macracanthorynchus ingens, отмеченный впер­вые на территории России. Ранее этот вид наблюдался только у норок в Северной Америке. По данным В.И. Шахматовой норка в Карелии инвазирована на 86%, 10-ю видами гельминтов. Наиболее часто встречаются не­матоды (7 видов), реже трематоды (2 вида) и акантоцефалы (1 вид). Пре­обладают следующие гельминты: Capillaria putori (51,4%), Skrjabingulus nasicola (21,7%), Capillaria mucronata (20,8%) Filaroides martis (6,4%) (Шахма­това, 1964).

Норка довольно сильный и агрессивный зверек, особенно беглецы из звероводческих хозяйств и их потомки, достигающие полутора и более ки­лограмм. Случаи нападения других хищников на норок довольно редки, хо­тя убийство зверьков, попавших в капканы рысью, волком и даже лисицей в прошлом, когда существовал регулярный промысел пушных зверей, бы­ли довольно обычны. Наиболее серьезными врагами норки следует счи­тать бродячих собак, которые разрушают гнездовые жилища и давят мо­лодняк.

Близкие трофоценотические связи имеются у норок с рядом других ку­ньих - выдрой, хорьком, горностаем и даже куницей, нередко охотящейся по берегам водоемов. Однако в острых конкурентных отношениях находятся только оба вида норок - европейская и американская. Даже с лесным хорь­ком отношения этих хищников не носят агонистического характера, в этом убеждают факты отлова в одни и те же живоловки попеременно то лесного хорька, то американской норки.

Движение численности. Практическое значение.

Об изменении чис­ленности европейской норки в прошлом приходится судить только по данным пушных заготовок. Наибольшее число шкурок этого вида в Ка­релии было заготовлено в 1924-1925, 1932 и 1936-1937 гг. Наиболее от­четливо увеличение заготовок выражены в первом и последнем случае. В начале 1950-х годов на заготовительные пункты Карелии стали посту­пать шкурки американской норки, но заготовители не разделяли их по видам и в заготовках все они фигурировали под названием - "дикая нор­ка". Таким образом, статистические данные стали неприемлемы для суж­дения о ходе численности европейской норки. Этот пробел восполняют материалы учетов 1969-1987 гг., приводимые И.Л. Тумановым (2003) для Псковской обл. Но и они не позволяют говорить о какой-либо циклично­сти в изменении численности вида, хотя амплитуда колебаний по годам достигает 4-5 крат.

Наблюдения за состоянием численности американской норки на модель­ных водоемах в Карелии (рис. 63) свидетельствуют о 7-10-летней периодич­ности колебаний численности. Размах колебаний по годам не превышает 2-3 крат.

В Ленинградской обл., по данным И.Л. Туманова (2003), подъемы и спа­ды численности американской норки происходили с интервалом 5-6 лет (рис. 63), размах колебаний также не превышал трехкратной величины.

Шкурки норок занимали в балансе пушных заготовок Карелии довольно значительное место. В отдельные годы в республике добывали по 10-11 тыс. норок. Однако, ни добыча, ни закупка шкурок зверьков в насто­ящее время не регулируется никакими государственными организациями. Сохранилось значение этого вида как объекта любительской охоты с лай­ками, которая постепенно восстанавливает свою популярность даже среди городских охотников.

Подобрать тур
Наши контакты
Справочная по всем услугам
Билеты на Кижи и Соловки
ships@welcome-karelia.ru
Туры по Карелии
Сегренева Дарья
Туры на Соловки
Ушакова Татьяна
Мы в социальных сетях
Новости
Рекламный тур по Карелии
25.04

Всем нашим партнерам - старым и новым - будет интересно!

Экскурсии летом 2019
17.04

На сайте опубликованы программы экскурсий на летний сезон 2019 года.

Рейсы на Кижи 2019
10.04

Приглашаем на всемирно известный остров Кижи!

Отзывы

Татьяна, Галина
Благодарим "Русский Север" и нашего гида Ольгу за прекрасное путешествие на Соловки 25-27 Августа, за заботу и прекрасные экскурсии в Беломорске и на Соловках! Все было прекрасно, и мы обязательно вернемся!
Евгений Миловидов
Благодарю компанию "Русский север" за слаженное, чёткое обслуживание гостей вашего прекрасного края. Сбылась моя давняя мечта! Особую благодарность хочу выразить гиду Ширшовой Ольге! Высокий профессионализм, эрудиция, личное обаяние отличают этого экскурсовода!
Ольга
Хотелось бы выразить большую благодарность команде "Русского Севера" за организацию тура. В особенности благодарим нашего прекрасного гида Ладу за профессионализм, искреннюю любовь и преданность своему делу. Наглядный пример того, что "роль личности в истории" имеет место быть! С удовольствием вернёмся в Карелию и будем рекомендовать вашу компанию своим друзьям!
Нина
Огромное спасибо за тур "Кижи-Валаам-Соловки" всей турфирме и лично нашему прекрасному гиду Ольге. Замечательный человек, интересный собеседник и просто профессиональный гид. Мы на протяжении всей поездки слушали интересный рассказ, смотрели фильмы снятые в Карелии и слушали песни о любви к Карелии. Она смогла сделать все, чтобы о туре остались самые приятные воспоминания. Всем советую посетить Карелию!
Татьяна
Тур Кижи-Рускеала-Соловки чрезвычайно интересен, хорошо организован, но особую благодарность фирме "Русский север" хочется сказать за подбор гидов. Работа Елены Дарешкиной и Лады Фокиной заслуживают самой высокой оценки. Их эрудиция, доброжелательность, стремление заинтересовать аудиторию и, главное, любовь к родному краю делает встречу с Карелией действительно незабываемой. Огромное спасибо! Удачи и хороших туристов всему коллективу "Русского севера".
Добавить отзыв Все отзывы